Узбекистан за 35 лет: путь к открытому диалогу государства и общества
Сегодня мы поговорим на тему, которая приобретает особое значение в преддверии знаменательной даты – 35-летия Независимости Республики Узбекистан. Путь, пройденный страной за эти годы, достигнутые результаты и стратегические ориентиры на будущее. О ключевых итогах этого исторического периода, а также роли, которую независимый Узбекистан играет сегодня на международной арене, мы побеседовали с доктором политических наук, профессором Санжаром Саидовым.
– Как изменилось положение и роль средств массовой информации – стало ли медиапространство более плюралистичным по сравнению с периодом до 2016 года?
– Сравнение современного медиапространства Узбекистана с периодом до 2016 года позволяет говорить о существенном изменении характера публичной коммуникации и постепенном расширении медиаплюрализма. При этом количественный рост числа средств массовой информации, расширение тематических границ публичной дискуссии и повышение институциональной самостоятельности СМИ представляют собой взаимосвязанные, но не тождественные процессы.
Правовые основы деятельности СМИ были сформированы еще до начала современного этапа реформ. Закон Республики Узбекистан “О средствах массовой информации” закрепил свободу СМИ и недопустимость цензуры. Поэтому ключевые изменения связаны прежде всего не с появлением новых нормативных принципов, а с изменением практики их реализации и места медиасферы в системе взаимодействия государства и общества.
Одним из наиболее заметных проявлений этой трансформации стало быстрое расширение медиасреды и цифрового сегмента. Если в 2016 году в стране действовало 1 437 СМИ, то к 2024 году их число превысило 2,2 тысячи. Рост интернет-изданий и цифровых платформ способствовал усложнению структуры информационного пространства, увеличению числа источников информации и ускорению формирования альтернативных общественных повесток.
– Как изменилась политическая культура и уровень участия граждан в общественной жизни? Можно ли говорить о формировании более открытого диалога между властью и обществом?
– Если сравнивать современный период, наиболее заметным изменением стало расширение институциональных каналов взаимодействия граждан с государством. При этом политическая культура меняется значительно медленнее, чем законодательство и государственные институты, поэтому речь идет прежде всего о постепенном формировании более устойчивых практик общественного участия и обратной связи.
Важным этапом стало создание системы Народных приемных и Виртуальной приемной Президента, ориентированной на прямой диалог с населением и системное рассмотрение общественных проблем. Массовое использование этого механизма – более 10,7 млн. обращений за период его функционирования свидетельствует о закреплении обращений граждан в качестве постоянного канала взаимодействия с государственными органами.
Следующим направлением стало развитие более институционализированных форм участия. Закон “Об общественном контроле” 2018 года закрепил возможности общественного обсуждения, слушаний мониторинга и экспертизы деятельности государственных органов. Одновременно получили развитие общественные советы, обсуждение проектов нормативно-правовых актов и взаимодействие государства с институтами гражданского общества.
Особое значение приобрело инициативное бюджетирование. Механизм “Открытый бюджет” расширил возможности граждан участвовать в определении приоритетов местных расходов, предлагая проекты и поддерживая их посредством голосования. В данном случае участие выходит за рамки консультативной функции и приобретает элементы непосредственного влияния на распределение публичных ресурсов.
Конституция Республики Узбекистан в редакции 2023 года закрепила право граждан участвовать в управлении делами общества и государства, осуществлять общественный контроль и обращаться в государственные органы. Это усилило правовую основу более открытой модели взаимодействия государства и общества.
– Как изменилась роль гражданского общества и ННО в Узбекистане за последние десять лет?
– Прежде всего в функциональном и институциональном отношении. Если ранее деятельность ННО преимущественно концентрировалась в социальной, благотворительной и просветительской сферах, то в последующие годы расширилось их участие в общественном контроле, социальном партнерстве, обсуждении государственных решений и реализации общественно значимых проектов.
Правовые основы деятельности ННО были сформированы ранее Законом “О негосударственных некоммерческих организациях” 1999 года и Законом “О социальном партнерстве” 2014 года. Однако до середины 2010-х годов механизмы их участия в публичном управлении оставались недостаточно развитыми. Указ Президента от 4 мая 2018 года обозначил необходимость усиления вовлеченности ННО в разработку государственных программ и нормативно-правовых актов, а также совершенствования механизмов социального партнерства.
Существенное значение имело принятие в 2018 году Закона “Об общественном контроле”, закрепившего участие ННО наряду с гражданами, органами самоуправления и СМИ в оценке деятельности государственных органов. Это расширило их функцию: ННО стали выступать не только исполнителями социальных проектов, но и каналом представительства общественных интересов и обратной связи.
Новый этап был связан с Концепцией развития гражданского общества на 2021-2025 годы. В ней участие институтов гражданского общества в государственном и общественном управлении было закреплено как самостоятельное направление государственной политики. Одновременно были расширены механизмы их участия в общественных советах, социальных проектах и взаимодействии с парламентскими структурами.
Институциональный статус гражданского общества был дополнительно усилен Конституцией Республики Узбекистан в редакции 2023 года. Статья 69 закрепила ННО, общественные объединения, органы самоуправления граждан и СМИ в качестве основы гражданского общества. Последующие меры 2024 года были направлены уже на развитие практических инструментов взаимодействия – открытых диалогов, социальных заказов, грантов и участия представителей гражданского общества в деятельности общественных советов.
В результате за последнее десятилетие произошел постепенный переход от преимущественно социальной модели деятельности ННО к более системному включению гражданского общества в механизмы публичного управления. Вместе с тем степень их реального влияния определяется не количеством зарегистрированных организаций, а их институциональной самостоятельностью, профессиональной компетентностью, способностью представлять общественные интересы и воздействовать на содержание принимаемых решений.
Поэтому современный этап можно характеризовать как расширение институционального участия гражданского общества в системе взаимодействия государства и общества, наиболее заметное в сферах социального партнерства, общественного контроля и реализации общественно значимых инициатив.
– Какую роль играет молодежь в политической жизни страны сегодня по сравнению с периодом до 2016 года?
– По сравнению с периодом до 2016 года роль молодежи в общественно-политической жизни Узбекистана стала более институционализированной и содержательно разнообразной. Основное изменение связано не с появлением молодежной политики как таковой, а с расширением механизмов участия молодых граждан в общественных и государственных процессах.
Новый этап был связан с принятием в 2016 году Закона “О государственной молодежной политике”, закрепившего принципы открытости, участия молодежи в реализации государственной политики и поддержки молодежных инициатив. В дальнейшем эта правовая основа была дополнена созданием Союза молодежи Узбекистана в 2017 году и Агентства по делам молодежи в 2020 году, что сформировало более устойчивую институциональную систему работы с молодым поколением.
Особое значение приобрело развитие механизмов политического представительства. Создание Молодежных парламентов при палатах Олий Мажлиса расширило возможности участия молодых граждан в обсуждении общественно значимых вопросов, подготовке предложений и знакомстве с законодательным процессом. Практическое значение этих институтов подтверждается тем, что отдельные их участники впоследствии были избраны депутатами Законодательной палаты и местных Кенгашей.
Значимость молодежного участия определяется и демографической структурой страны. На начало 2026 года численность населения в возрасте от 14 до 30 лет составляла около 9,63 млн. человек. Поэтому включенность молодежи в общественные процессы имеет непосредственное значение для долгосрочного развития государственных и общественных институтов.
Конституционная реформа 2023 года усилила этот подход. Статья 79 закрепила обязанность государства обеспечивать политические и иные права молодежи и поощрять ее активное участие в жизни общества и государства. Одновременно развитие цифровой среды, волонтерских, образовательных и экологических инициатив расширило формы общественной активности за пределами традиционных политических институтов.
При этом институциональное расширение возможностей участия еще не означает полной самостоятельности молодежи как политического субъекта. Существенное значение сохраняют качество представительства, самостоятельность инициатив и способность существующих институтов учитывать молодежные предложения при принятии решений.
Современная модель молодежного участия сочетает государственные институты, представительные механизмы и общественные инициативы, формируя более широкие возможности для вовлечения молодого поколения в политическую и общественную жизнь страны.
Беседовал Ораш Акабоевю. УзА
