Глава нашего государства подчеркнул, что достигнутые значительные результаты и новые приоритеты требуют пересмотра Стратегии «Узбекистан-2030». Этот документ, касающийся развития нашей страны в ближайшие пять лет, широко обсуждается и дорабатывается с учетом мнения населения.

Профессор Академии правосудия, доктор юридических наук Фозилджон Отахонов прокомментировал:

– Стратегия «Узбекистан-2030», утвержденная указом Президента от 11 сентября 2023 года, является концептуальным программным документом, определяющим долгосрочные стратегические цели развития страны.

В Стратегии системно отражены приоритеты государственной политики, общая логика реформ и основные принципы модели развития.   

Однако последовательное продолжение реформ, стремительные глобальные изменения и внутренние социально-экономические процессы обусловили необходимость вывести практическую реализацию этого документа на новый уровень. С этой точки зрения проект Стратегии «Узбекистан-2030», который ожидает утверждения указом Президента, существенно отличается от предыдущего документа по своей структуре и представлен ​​как качественно новая модель стратегического планирования. 

Во-первых, нынешняя Стратегия имеет концептуальную структуру, в которой излагаются цели и приоритеты в общей форме. Ее новый проект структурирован по принципу «цель – показатели эффективности цели – процент достижения показателя эффективности за годы – финансовые ресурсы – орган, ответственный за достижение показателя эффективности». Это усиливает содержание стратегического документа, предназначенного для реализации. 

Во-вторых, в проекте определены показатели эффективности, соответствующие реальным условиям, измеримые и поддающиеся оценке, учитывающие достижения и существующие проблемы в рамках Стратегии «Узбекистан – 2030».

В-третьих, предыдущий документ был рассчитан на один долгосрочный период, и этапы реформ в его формулировке не были четко разграничены. В новом проекте четко установлены процентные показатели достижения результатов за годы. 

В-четвертых, одним из важнейших структурных нововведений является использование государственного бюджета, местных бюджетов, международных финансовых институтов, частного сектора, спонсорских и грантовых фондов в качестве источников финансирования для достижения целевого показателя эффективности. 

В-пятых, Стратегия ограничивает привязку задач к конкретным исполнителям, а ответственность за реализацию более четко определена в рамках общей государственной политики.   

В новом проекте Стратегии четко определено ведомство, ответственное за достижение каждого показателя эффективности, указаны механизмы межведомственного сотрудничества. 

В-шестых, проект указа Президента предусматривает полную цифровизацию процессов мониторинга достижения показателей эффективности целей стратегии «Узбекистан – 2030», механизмов ее реализации, а также ответственных государственных органов и институтов гражданского общества. 

В-седьмых, в рамках Стратегии «Узбекистан – 2030» планируется утвердить перечень проектов документов стратегического планирования, которые будут разработаны в течение 2026 года, в том числе для реформирования отраслей и развития регионов. 

В-восьмых, планируется систематически изучать общественное мнение о реализации Стратегии «Узбекистан – 2030», проводить слушания по результатам опросов и общественного мониторинга и представлять их результаты широкой общественности. 

В заключение следует отметить, если Стратегия «Узбекистан – 2030» структурно определила концептуальные основы развития страны, то Стратегия «Узбекистан – 2030», которую предстоит утвердить и проект которой представлен на общественное обсуждение, направлена ​​на обеспечение реформ посредством практической, ориентированной на результат и институционально прочной структуры. То есть в этом отношении ожидается качественно новый этап. 

Норгул Абдураимова,

УзА