Известный журналист, писатель и талантливый переводчик Карим Бахриев – творческая личность, достигшая статуса мастера.

Наш разговор с этим скромным и трудолюбивым человеком был об образовании, учителях и избранной им деятельности. 

– Карим-ака, какое описание вы бы дали учителям? 

– Учителя – это люди, достойные уважения, благодаря которым за нашей спиной выросли крылья. Эти крылья – ключи к знаниям – всем нам в равной степени дали именно они. Недаром на Востоке всегда была в почете традиция «мастер–ученик», ведь учителя – это маяки на нашем трудном пути. 

– Изданная недавно антология мировой поэзии в трех томах стала уникальным событием в литературной жизни нашей страны. Что побудило вас к созданию этого великолепного сборника стихов?

– До того, как начать писать стихи, а это было в седьмом классе, я полюбил их читать. Помимо произведений на родном языке, увлекался персидской и особенно русской поэзией, мысленно перекладывая ее на узбекский слог. Свои первые переводы я начал делать в Самаркандском государственном университете, где изучал русскую филологию. Наш декан, Василий Ларцев, тоже писал стихи. Они публиковались в газетах, будучи переведенными мною. Затем я перевелся на факультет журналистики МГУ. Друзья-поэты переводили мои стихи на русский и другие языки, а я их произведения – на узбекский. Затем последовала работа в газете «Литература и искусство Узбекистана», где я оттачивал свое мастерство.  

Позже переводческая деятельность стала моим любимым занятием и профессией. О создании антологии впервые задумался несколько десятилетий назад. На тот момент у меня уже были сотни страниц переведенных произведений поэтов из разных стран, и благодаря этому я начал представлять себе поэтический мир как единое целое.  Так появился однотомник «Мировая поэзия». Потом переводы увеличились, и получилось два тома, потом три... Конечно, эта работа никогда не будет закончена, но в этом году я решил опубликовать то, что уже есть. Изданная антология – это переводы, сделанные мною за последние сорок пять лет. Произведения в ней распределены по странам и континентам. В целом за свою жизнь я перевел четырнадцать томов прозы и семь томов поэзии, а также отдельные авторские сборники. В антологию вошли избранные стихотворения. Считалось, что с момента зарождения национальной литературы на узбекский язык были переведены стихи из 65 стран, а в этой книге собраны стихи из 144 стран, то есть география поэтических переводов расширилась. Стихотворения выбирал исходя из собственных предпочтений и особенностей характера. Например, в сборник не вошли такие классики русской литературы, как Пушкин и Лермонтов, или «знаменосцы» советской идеологии вроде Маяковского, зато я включил в него стихи Булата Окуджавы, Владимира Высоцкого, Бориса Гребенщикова, Александра Галича, Зинаиды Гиппиус, Велимира Хлебникова, Саши Черного. Чтобы показать все многообразие русской лирики, сделал переводы поэтических произведений лакцев, татар, аварцев, лезгин, осетин, балкарцев, калмыков и других народов. 

В приоритете были поэты, которые осознавали свою национальную самобытность, любили свой народ и говорили правду без страха. 

Еще одной особенностью антологии является ее целостный внутренний тон, который подчеркивает Герой Узбекистана, великий литературовед Ибрагим Гафуров, написавший предисловие к антологии объемом в полторы тысячи страниц: «Как говорил Рауф Парфи, мать поэта – страдание, в конце концов... Я тоже хочу кое-что сказать: настоящее стихотворение – это крик. Если вы читали эту книгу, то знаете, что каждый народ в этом бесконечном мире страдает, и каждый поэт – порождение этих страданий».

– Пока человек живет, он всегда чувствует потребность в правильном руководстве. Как вы считаете, это действительно так?

– Конечно, жизнь непроста. Ницше был прав, когда говорил: «В планы Творца не входило делать человека счастливым». Название шедевра Шопенгауэра «Жизнь – это выносливость» также соответствует тому, на чем учат делать акцент суфии – терпении и стойкости. То есть в жизни много трудностей и тревог, и терпение человека сурово испытывается. Думаю, в этот период каждый нуждается в проводнике и советчике. Что касается наставников… Некоторые из них учили нас напрямую, другие – косвенно. В школе нам преподавала русский язык и литературу Долорес Павловна Трофимова – девушка из далекой России, которая после окончания педагогического института приехала на стажировку в горное село, вышла замуж за одного из своих учеников и осталась здесь до конца жизни. Благодаря знаниям, которые она мне дала, я без труда учился сначала на факультете русской филологии Самаркандского государственного университета, затем – на факультете журналистики МГУ, который окончил с отличием. До сих пор помню уроки Неъматулло Исматова, с увлечением читавшего стили Хамида Алимджана, и Эргаша Мухторова. 

В литературе считаю своими учителями всех великих поэтов, писателей, философов, историков и сказителей, которые вдохновляли меня, питали мои мысли и пробуждали чувства. Особо хочу упомянуть трех человек: Адиля Якубова, Ибрагима Гафурова и Шукрулло. Каждый из них обладал тем или иным выдающимся качеством, которое я старался перенять. Мужеству учился у Адиля Якубова, мастерству – у Ибрагима Гафурова, знанию – у Шукруллы. Отношение Ибрагима Гафурова к слову, изящество и скромность его языка, а также глубина текста стали для меня образцом. Человек может уметь мастерски писать великие вещи, но осторожничать, и тогда нужна смелость, присущая Адилю Якубову. Он мог найти в себе силы отстаивать правду перед любой властью. К просветлению я пришел благодаря Шукрулло-ака и его книге «Сундук с драгоценностями». Восхищаюсь этими людьми.

– Какой совет вы бы дали молодым людям, которые только начинают свой путь в литературе и журналистике?

– Журналистика – это социальная сфера, такая же, как медицина и преподавание. Она просвещает общество и лечит его болезни, выявляя их и находя решения путем обсуждения. Это почетная профессия. Конечно, развитие данной сферы зависит от многих факторов – степени соблюдения действующего законодательства и правовых норм, политической воли и свободы слова, получения и распространения информации, уровня профессионального образования и многих других. Средства массовой информации предоставляют широкий спектр мнений, точек зрения и подходов и должны пробуждать сознательную реакцию людей на текущие изменения в обществе.

Статус журналиста во многом зависит от статуса СМИ в стране, его правовой защищенности. Я бы сказал молодым журналистам, что средства массовой информации – это институт, определяющий и реализующий демократическую природу системы. Иными словами, только страна со свободными и независимыми СМИ является демократической. Президент Шавкат Мирзиёев говорил, что национальное пробуждение нашего народа – залог нашей национальной безопасности. Недавно я прочитал похожую мысль у А. Лихтенберга: «Если мы признаем свои недостатки, они больше не смогут причинить нам вреда». Томас Джефферсон настолько ценил свободу слова, что однажды сделал следующее заявление: «Если бы меня попросили решить, хочу ли я правительство без газет или газеты без правительства, я бы без колебаний выбрал последнее». Смысл этой мысли заключается в том, что в демократической системе общественное управление важнее государственного. Это очень важно для нашей страны, которая движется от сильного государства – к сильному обществу. Главное для читателя (слушателя, зрителя) СМИ – знать, что происходит в реальной жизни общества, в том числе в государственных учреждениях, а комментарии журналиста по этому поводу имеют второстепенное значение или вообще не имеют, он должен быть беспристрастным. Это не только профессиональная необходимость, но и требование журналистской этики. 

– Благодарю за интересную беседу!

Записала Н. Усманова, УзА