На состоявшемся 13 февраля под председательством главы нашего государства совещании по приоритетным задачам обеспечения высоких темпов экономического роста в отраслях и регионах определены ключевые ориентиры промышленной политики. Ими стали углубление локализации в автопроме, расширение добычи меди и повышение операционной эффективности стратегических предприятий.

Речь идет не просто о выполнении производственных планов, а переходе от количественного расширения к качественной модели роста. 

О том, как формируется следующий этап структурной трансформации экономики страны, рассказала  депутат Законодательной палаты Олий Мажлиса, член фракции Движения предпринимателей и деловых людей – Либерально-демократической партии Узбекистана Эмма Аслонова.

Автомобильная промышленность сегодня рассматривается как один из факторов макроэкономической устойчивости. План по запуску производства более 700 дополнительных видов автозапчастей в 2026 году означает расширение внутренней производственной цепочки и снижение зависимости от импортных компонентов. С экономической точки зрения это формирует сразу несколько эффектов: сокращается импортная составляющая в себестоимости автомобилей, что уменьшает валютные издержки и давление на торговый баланс, увеличивается доля добавленной стоимости, создаваемой внутри страны, что напрямую влияет на вклад промышленности в ВВП и налоговые поступления. Усиливается и межотраслевая кооперация, так как производство автозапчастей вовлекает металлургию, электронику, химическую промышленность, переработку пластмасс и логистику, формируя более сложную и устойчивую промышленную экосистему.

Поручение обеспечить рост выпуска на 10,5 процента в текущем году свидетельствует о намерении ускорить загрузку имеющихся мощностей. При этом снижение ставки автокредитования выступает важным инструментом стимулирования внутреннего спроса. Без платежеспособного потребителя даже высокая степень локализации не гарантирует устойчивой работы предприятий. В условиях умеренного внешнего спроса именно внутренний рынок становится стабилизирующим фактором промышленной динамики.

Расширение добычи медной руды с 46 до 64 миллионов тонн формирует масштабную сырьевую базу для металлургического и электротехнического комплекса, однако ключевым параметром становится не столько объем добычи, сколько глубина переработки. Экспорт сырья в виде концентрата обеспечивает ограниченную маржу, тогда как выстраивание полной цепочки – от руды до катодной меди, кабельно-проводниковой продукции и электротехнических изделий – кратно увеличивает добавленную стоимость и экспортный потенциал. Планируемый ежемесячный вывод на биржу не менее 10 тысяч тонн меди способен обеспечить прозрачное ценообразование, стабильный доступ переработчиков к сырью и повышение загрузки внутренних производственных мощностей.

Показателен пример ювелирной отрасли, где объем производства за прошлый год вырос в 3,3 раза и достиг 13 триллионов сумов, а в 2026 году запланирован дополнительный рост. Это демонстрирует, что грамотная переработка сырья внутри страны способна в сжатые сроки трансформироваться в увеличение промышленного выпуска и экспортной выручки. Масштабирование подобной модели в цветной металлургии может существенно укрепить структуру промышленного сектора.

Отдельное внимание уделено анализу деятельности стратегических предприятий, где выявлены значительные резервы по сокращению расходов и росту прибыли. Задача снизить себестоимость на 10–20 процентов фактически означает переход к модели управления, основанной на повышении общей факторной производительности. Экономический эффект должен достигаться не за счет сокращения объемов или отсрочки расходов, а через снижение затрат на единицу продукции. Это предполагает цифровизацию закупочных процедур, внедрение риск-анализа контрактов, логистическую оптимизацию, энергосбережение и устранение неэффективных управленческих практик. В мировой промышленной практике именно операционная эффективность становится главным источником конкурентоспособности, и для узбекских стратегических предприятий это означает переход к модели управляемой производительности и прозрачной ответственности.

Таким образом, промышленная политика 2026 года приобретает комплексный характер. Если предыдущий этап реформ был сосредоточен на привлечении инвестиций и расширении мощностей, то нынешний ориентирован на углубление локализации, рост добавленной стоимости, перераспределение сырьевых потоков внутри страны, усиление управленческой дисциплины и стимулирование внутреннего спроса. С макроэкономической точки зрения сочетание этих факторов способно обеспечить устойчивость роста даже в условиях внешней нестабильности.

При последовательной реализации определенных мер можно ожидать увеличения доли промышленности в структуре ВВП, роста налоговых поступлений, сокращения импортной зависимости, укрепления валютной устойчивости и повышения производительности труда. Ключевым индикатором станет не столько объем добычи или выпуска, сколько глубина технологической переработки и эффективность управленческих решений. Именно от этого будет зависеть переход к более устойчивой и технологически сложной модели индустриального развития страны.

Записала Лира Шафик, УзА