В условиях нарастающих климатических изменений вода все чаще рассматривается государствами не просто как природный ресурс, а как элемент стратегической устойчивости, экономической безопасности и региональной стабильности. Для Узбекистана, расположенного в зоне засушливого климата и обладающего развитой, но требующей модернизации ирригационной системой, водный фактор приобретает особое значение. От эффективности управления водными ресурсами напрямую зависят продовольственная безопасность, социальная стабильность и экологическое будущее страны.

Основные реки региона – Амударья и Сырдарья – формируют около трех четвертей общего водного стока, используемого в стране. Среднегодовой объем потребляемых водных ресурсов оценивается примерно в 51–53 кубических километра, при этом до 80 процентов этого объема поступает извне. Такая зависимость делает водный баланс страны чувствительным к внешним факторам, включая климатические колебания, изменения режима водопользования в соседних государствах и рост общего спроса на воду в регионе.

На внутреннем уровне ключевым потребителем воды остается сельское хозяйство. Порядка 90 процентов всех забираемых водных ресурсов используется для орошения, что объясняется исторически сложившейся аграрной моделью и значительной долей водоемких культур. При этом большая часть ирригационной инфраструктуры остается морально и физически устаревшей. Потери воды при транспортировке по открытым каналам, фильтрации и испарении, по экспертным оценкам, достигают 35–40 процентов. В условиях дефицита такие показатели превращаются в системную проблему, требующую не точечных, а комплексных решений.

Дополнительным фактором остается тяжелое экологическое наследие региона. Высыхание Аральского моря стало одним из самых известных примеров последствий нерационального водопользования и отсутствия долгосрочного баланса между экономическими задачами и экологическими ограничениями. Несмотря на предпринимаемые в последние годы меры по смягчению последствий этой катастрофы, включая масштабные проекты по озеленению высохшего дна, проблема водной устойчивости остается актуальной для всей страны.

Мировой опыт управления водными ресурсами приобретает для Узбекистана практическую ценность. Израиль, где более 60 процентов территории относятся к пустынным и полупустынным зонам, смог превратить дефицит воды в стратегическое преимущество. Более 85 процентов сточных вод здесь проходят очистку и повторно используются, прежде всего в сельском хозяйстве, что позволяет значительно снизить нагрузку на природные источники. Этот опыт ценен с точки зрения системности: вода рассматривается как экономический ресурс, а не бесплатный дар природы, требующий точного учета и долгосрочного планирования. Аналогичный подход демонстрирует Сингапур, практически лишенный собственных водных ресурсов. Здесь был разработан комплекс мер, включающий сбор дождевой воды, опреснение и производство высокоочищенной воды из сточных вод, известной как «NEWater». Переработанная вода покрывает значительную часть промышленных потребностей страны и постепенно используется для коммунального сектора, а сама программа сопровождается строгим контролем качества и прозрачностью, что важно для формирования общественного доверия. В Испании, особенно на юге страны, дефицит воды на фоне роста сельского хозяйства и климатических изменений решают с помощью капельного орошения, модернизации ирригационных сетей и жестких лимитов водопотребления. Это демонстрирует, как сочетание технологий и институциональной дисциплины позволяет повысить эффективность водопользования даже в условиях ограниченного ресурса.

Для Узбекистана адаптация подобных практик может стать значительным шагом вперед. Расширение использования очищенных сточных вод, внедрение современных очистных технологий, стимулов для водосбережения в промышленности и коммунальном хозяйстве позволят снизить давление на трансграничные реки и повысить устойчивость внутреннего водного баланса.    

Отдельное значение имеет международное сотрудничество. Более половины мировых запасов пресной воды формируется в трансграничных бассейнах, и устойчивое управление ими невозможно без межгосударственной координации. Узбекистан участвует в региональных водохозяйственных механизмах Центральной Азии, однако в условиях изменения климата и роста конкуренции за ресурсы эти форматы требуют дальнейшего развития. Речь идет о более прозрачном обмене данными, совместном долгосрочном планировании и учете климатических рисков при принятии решений.

В последние годы правительством предпринимаются шаги по реформированию водного сектора, внедрению водосберегающих технологий и цифровизации учета. Однако мировой опыт показывает, что устойчивый результат возможен лишь при сочетании инфраструктурной модернизации, экономических стимулов, институциональных реформ и изменения культуры водопользования. 

 В современных условиях вода становится не только ресурсом выживания, но и фактором развития и регионального доверия. Для Узбекистана переход к восприятию воды как стратегического ресурса означает необходимость долгосрочной политики, ориентированной на эффективность, инновации и сотрудничество. Уроки, которые предлагает мировой опыт, демонстрируют: даже в условиях ограниченных водных ресурсов возможно обеспечить устойчивое развитие, если управление водой становится частью национальной стратегии, а не реакцией на очередной кризис.

                                          Подготовила Азиза Алимова, УзА