Наша страна, будучи полноправным субъектом международных отношений, проводит активную внешнюю политику на региональном и глобальном уровне и активно развивает взаимно заинтересованные связи с зарубежными партнерами. Последовательная, прагматичная и конструктивная внешняя политика отчетливо проявляется и в отношениях со странами Центральной Азии. На эту тему мы побеседовали с гостем проекта «Международное обозрение», доктором политологии Фарходом Толиповым.

– Фарход ака, как Вы считаете, что играет важную роль в ожидаемом и уже запущенном интеграционном процессе для стран Центральной Азии – внутренний потенциал стран региона или воздействие внешних сил?

– Каждый из этих аспектов играет своеобразную роль в интеграционном процессе Центральной Азии. Положение и состояние ни одного из государств региона невозможно анализировать отдельно от внешних процессов.   

С точки зрения внутренней среды и в Узбекистане есть политические, научные, или медиа слои с разным подходом к происходящему в стране процессу. Например, в европейском интеграционном процессе с 1945 года и по сей день условно конкурируют две противостоящие силы – еврооптимисты и европессимисты. Первое течение приветствует интеграцию и выдвигает идею совместного развития, второе – оттягивает процесс, защищает национальные интересы и порой выступает против интеграции.

Подобный процесс наблюдается и в Центральной Азии. Сторонников этих двух течений я бы условно назвал туранооптимисты и туранопессимисты. В нашей стране много тех, кто поддерживает внутреннюю интеграцию, однако есть и слои, представляющие объединение Центральной Азии с крупными силами. 

– «Трансафганский проект» – это главная цель Узбекистана и Афганистана, пытающихся улучшить взаимоотношения в нынешнем политическом процессе, или есть другие планы?

– Афганистан всегда занимал важную роль в политике Узбекистана, но нынешний взгляд нашей страны на Афганистан полностью отличается от взгляда прежней администрации. Прежнее правительство считало, что из-за гражданской войны Афганистан стал очагом терроризма, именно с территории этой страны осуществлялось руководство событиями 11 сентября в Нью-Йорке. В этой связи в отношении страны продвигалась изоляционная политика. И хотя первая администрация понимала важность и актуальность трансафганского транспортного пути, но ситуация складывалась так, что наша республика как бы отталкивала Афганистан, экономическое сотрудничество не развивалось, было ограниченным. В общем, двусторонние отношения находились в упадке.

Сегодня политика коренным образом изменилась. С этой страной восстановлены отношения, которые развиваются под девизом «Афганистан – не пространство угроз, это край возможностей». Хотя торговля определена в качестве основного направления партнерства, пока не заметен ожидаемый уровень экономической эффективности. Афганистан более выполняет функцию транзитной страны. Путем реализации соответствующих проектов предусмотрен выход к Индийскому океану. Открытие Трансафганского транспортного коридора, о котором довольно часто говорят на саммитах, конференциях и встречах, не лишено многих проблем.  Потому что нельзя утверждать, что в Афганистан, где пока не установлена стабильность, сегодня уже может полностью гарантировать безопасность. По моему мнению, мы не должны ограничиваться только этим направлением, нам следует подумать над альтернативными вариантами и открытием иных транзитных путей. Например, обеспечить выход к Персидскому заливу через Транскаспийский, Транскавказский маршруты и территорию Ирана.

– Какие интересы преследуют США от политического, экономического, социального или военного сотрудничества с Центральной Азией?

– Среди государств мира США отличаются в качестве страны, ставящей перед собой довольно странные задачи. После развала Советского Союза Соединенные Штаты разработали отдельную стратегию касательно Центральной Азии. Ее результат – инициатива C5+1. Это проект стратегических встреч с пятью республиками, обмена мнениями о том, как в США представляют наше политическое положение в дипломатическом процессе, и о том, что ожидает регион в дальнейшем. Каждая встреча должна завершаться принятием совместного заявления или декларации, каждые две стороны должны рассмотреть взаимные предложения и вывести заключения.

Например, в сентябре 2023 года в Нью-Йорке на отдельной конференции в рамках 78-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН Джо Байден встретился с главами стран Центральной Азии. На конференции было утверждено совместное заявление формата «C5+1». В первую очередь были подписаны договоры об экономическом, торгово-инвестиционном сотрудничестве, затем в направлениях сферы безопасности, борьбы с экстремизмом и терроризмом, решения экологических проблем в условиях изменения климата. 

Есть геополитический аспект в масштабной помощи, предоставляемой Центральной Азии со стороны США. Ибо приоритетной задачей этой мощной державы всегда было сохранение баланса политических отношений, проявляющихся в таких аспектах глобального значения, как влияние России на Центральную Азию и всестороннее усиление Китая.

Учитывая связь США с Европейским союзом, эксперты отмечают наличие определенной основы отношения стран Запада к Центральной Азии. То есть, в повестке дня США касательно нашего региона есть такие цели, как поддержка демократического развития, гарантирование прав человека, содействие в укреплении верховенства закона.

– Какими, на Ваш взгляд, будут предстоящие десять лет для нас, исходя из нынешнего политического положения нашей страны?

– Что нас ожидает в предстоящие десять лет жизни страны, во многом зависит от народа, а точнее от вас, молодежи. Нам, представителям старшего поколения, довелось пожить в две эпохи: в период Советского Союза, а после его развала – в период независимости. Сегодня важно проанализировать прошедшие 30 лет и осознать принципы будущего.

Избранный правительством путь указывает на налаживание тесной интеграции нашей страны с другими республиками Центрально-Азиатского региона. Целесообразно строить будущее вместе со всей Центральной Азией. Я всегда отмечаю: Узбекистан – это не только Узбекистан, это Центральная Азия, Казахстан – это не только Казахстан, это Центральная Азия. Также и другие государства. 

Если оценивать объективно, то мы избрали верный подход, поскольку серьезный поиск путей решения существующих проблем и достижения благополучного будущего возможен только в неразрывной связи Узбекистана со всеми странами Центральной Азии.

Хусан Рустамов, 
Ахрор Хушмуродов, 
студенты Университета журналистики 
и массовых коммуникаций Узбекистана.