Ветеринар – благородная профессия
В условиях глобальных изменений и активного движения товаров вопрос биобезопасности становится ключевым для безопасности всего региона.
О ситуации с зоонозами в Центральной Азии, современных методах диагностики, проблемах применения народных средств в ветеринарии и о том, почему профессия ветеринара – это наука будущего, мы поговорили с вирусологом, специалистом по биобезопасности и консультантом по ветеринарному сектору Регионального экологического центра Центральной Азии (РЭЦЦА) Кайратом Табыновым.
– Кайрат, расскажите о вашей специализации и о том, какими проектами вы сейчас занимаетесь.
– По специальности я ветеринар, вирусолог, вакцинолог, специалист по биобезопасности, биологической этике и ряду других направлений, связанных с концепцией «Единое здоровье».
В ветеринарной вирусологии изучаются вирусы именно животных. В рамках программ мы фокусируемся на зоонозах – инфекциях, которые присутствуют у животных, но передаются человеку. Сейчас выступаю консультантом по ветеринарному сектору в проекте Всемирного банка, который реализуется через нашу компанию. То есть я не являюсь ветеринарным специалистом под управлением Министерства сельского хозяйства, моя задача – экспертная консультативная работа.
– Какие вирусы и патогены, передающиеся от животных людям, сегодня наиболее опасны для Центральной Азии?
– Около 75 процентов инфекций человека идут именно от животных. Недавно в нашей организации был проведен опрос среди стран центральноазиатского региона, по результатам которого мы выделили три приоритетных патогена: бруцеллёз, эхинококкоз и птичий грипп.
Вспышки птичьего гриппа периодически регистрируются среди диких птиц. Среди домашних вспышек пока нет, и ветеринарные ведомства получили от Международной организации здравоохранения животных (ВОЗЖ) статус свободных от птичьего гриппа. Однако среди диких птиц циркуляция продолжается, и ареал расширяется: вирусом H5N1 все чаще заражаются млекопитающие, которые ранее им не болели.
– Существует ли четкое разделение на «вирусы животных» и «вирусы человека»?
– Есть инфекции, свойственные исключительно животным. Например, ящур – им сейчас массово поражено поголовье в Центральной Азии. Он наносит колоссальный экономический ущерб, но циркулирует только среди животных. А зоонозы – это как раз те патогены, которые преодолевают межвидовой барьер и заражают человека. Именно на них сейчас сконцентрирован наш основной интерес.
– Раньше при эпидемиях часто применяли стратегию тотального уничтожения скота (stamping out). Изменилось ли что-то сегодня?
– Подход stamping out («выбивание» поголовья) действительно существует и исторически применялся активно, но это чрезвычайно дорогая стратегия. Например, США таким образом искоренили бруцеллез. В странах Центральной Азии придерживаться такой практики крайне сложно: мы рискуем остаться без поголовья, получим огромный экономический ущерб и столкнемся с проблемой выплаты компенсаций фермерам.
Альтернатива – вакцинация, но здесь нужен комплекс условий: вакцина должна быть эффективной, доступной по цене и позволяющей дифференцировать вакцинированных животных от инфицированных (DIVA-подход). Над этим сейчас активно работают ученые региона. В скором времени в журнале Science in One Health выйдет наш подробный обзор, посвященный этой проблематике.
– В регионе остро стоит проблема нехватки ветеринарных кадров на селе. Как ее решить и как поднять престиж профессии?
– Главный фактор – это заработная плата. В Казахстане, например, ветеринарам недавно существенно подняли зарплату. Как показывает опыт сферы образования, достойная оплата труда быстро привлекает сильных специалистов и повышает конкурс в вузах. За высокой зарплатой автоматически подтягивается и имидж профессии. Ветеринария – это сложная и не всегда «чистая» работа, но со временем отношение общества изменится.
– Всегда ли удается оперативно поставить диагноз при массовом падеже скота?
– Диагностика – наше уязвимое место. Не на все патогены есть готовые тест-системы, особенно если речь идет об экзотических инфекциях, завезенных извне. В таких случаях мы привлекаем зарубежных коллег.
Яркий пример – вирус Шмалленберга. Когда в Казахстан массово завозили крупный рогатый скот, мы столкнулись с непонятным заболеванием: стандартные тесты на основные патогены давали отрицательный результат. Лишь после консультаций с европейскими коллегами мы идентифицировали вирус и наладили диагностику. К счастью, эта болезнь у нас не укоренилась и после принятия необходимых мер быстро исчезла.
– На селе фермеры часто используют народные методы. Например, обрабатывают скот отработанным машинным маслом. Как вы к этому относитесь?
– Это большое заблуждение. Машинное масло может дать какой-то поверхностный косметический или физический эффект (например, против некоторых кожных паразитов), но никакой гарантии защиты от серьезных инфекций и зоонозов оно не дает.
С болезнью нужно бороться целенаправленно: точная диагностика, а затем применение профильных препаратов. Бесконтрольное лечение подручными средствами или самостоятельное назначение антибиотиков приводит к страшной мировой проблеме – антибиотикорезистентности. Если бактерии выработают устойчивость к антибиотикам последней надежды, лечить заболевания будет нечем.
– Что бы вы посоветовали молодым людям, которые сомневаются в том, стоит ли связывать свое будущее с ветеринарией?
– Главный совет, кем бы ты ни был – ветеринаром, дворником или ученым – стремись стать самым лучшим специалистом в своей области. Если ты профи высокого уровня, ты всегда будешь востребован, сможешь хорошо зарабатывать и обеспечишь себе комфортную жизнь.
А будущее ветеринарии – за концепцией «Единое здоровье» (One Health). Только совместная работа специалистов трех секторов – ветеринарии, здравоохранения и экологии – позволит защитить наше общество от новых биологических угроз.
Роман БОНДАРЧУК, УзА
г. Бишкек
