УзА Русский

26.04.2020 Версия для печати

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ВОЙНЫ...

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ВОЙНЫ...

​Очерк

Прежде всего выражаю огромную благодарность моим дорогим друзьям, которые внесли свой вклад в рождение этого очерка и поддержали меня во время поездки в Беларусь - министру информации Республики Беларусь Алесю Карлюкевичу, послу Республики Узбекистан в Республике Беларусь Носиржону Юсупову и советнику посольства Дониёру Обидову!

УЗБЕКИ ЗАНИМАЮТ ПРОЧНОЕ МЕСТО В СЕРДЦЕ БЕЛОРУССОВ


– У вас нет мелочи? – спросила продавщица.

На ее озаренном улыбкой лице, в светящихся голубых глазах отразился такой живой интерес, что у меня возникла мысль: “Она чувствует, что я приезжий...”.

Вынул из кармана и высыпал на прилавок горсть мелочи:

– Возьмите, я не очень разбираюсь в ваших деньгах. Женщина стала с гордостью перебирать мелочь, которая ценится в ее стране, взяла необходимое количество и вернула лишнее:

– Откуда вы? – спросила она, улыбаясь.

– Из Узбекистана.

– Огооооо, далековато...

– Да, далеко. Очень далеко, – чтобы она не подумала, зачем я сюда приехал, тут же изложил ей цель своей поездки. – Я приехал сюда в поисках своих предков.

Женщина слегка удивилась и посмотрела на меня, будто не очень понимает, о чем я:

– Они здесь живут?

– Они воевали и остались здесь, их похоронили на вашей земле.

Внезапно ее лицо обрело серьёзный вид, и она промолвила дрожащим голосом:

– Так вот как?! – она тяжело вздохнула, – они и наши предки. Каждый, который встал на защиту Беларуси является плотью и кровью, частичкой нашей страны, он нам не чужой.

– Спасибо вам. Я не ожидал такого признания.

– Что вы говорите? Память о вашем деде, который участвовал в войне, живет в сердце каждого жителя Беларуси.

– Спасибо, – произнес я дрожащим голосом, меня охватило волнение, – кажется, я уже нашел своих предков.

Женщина улыбнулась:

– Правда?

– Я нашел их в вашем сердце.

Как сегодня во всем мире называют огромные магазины? Супер, гипер, мега или сего, словом, как называют самые большие маркеты? Я вышел из такого маркета очень счастливым и радостным. Меня также очаровали ровная, словно хорошо отглаженная, лента дороги, зеркально чистые улицы, современные здания в европейском стиле, мирная и размеренная жизнь, царившая в этой стране.

Какой же живописный и очень чистый город!

Глядя на небо, удивляешься еще больше. Облака плывут так низко, что чувствуешь их прямо над головой... Кажется, что до них можно дотянуться руками. Пышные, воздушные и белоснежные облака иногда сменяются темными грозовыми тучами.

Мгновенно меняется погода, льёт как из ведра. А через некоторое время, тучи разбегаются, небо вновь становится ясным, твой взгляд снова притягивают караваны воздушных, словно подушки, белоснежных и порой серых туч. А какой здесь чистый воздух! Можно дышать полной грудью. Нежный ветерок, который веет бризом от Балтики, наполняет тело бодростью, энергией и силой.

Я действительно не видел такого красивого и чистого города. В какой-то момент накатывает удивление: неужели местные жители не грызут семечки, не пьют бутилированную воду, не едят мороженое, не курят сигареты? В мыслях нахожу ответ на свои вопросы; люди здесь не забыли настигнувшее их горе, страшные дни, славную историю. Это – народ, который буквально построил и основал город на развалинах. Именно поэтому люди ценят и берегут свой город как зеницу ока. Такое впечатление произвели на меня очаровательный и чистый город Брест, расположенный в центре Европы, и его жители.

Придя в гостиницу, не смог скрыть свое удивление и поделился впечатлениями со своим спутником, советником нашего посольства Дониёр-акой, в частности, пересказал слова продавщицы.

– Ведь действительно так. Этот народ пережил войну. Каждый третий белорус стал ее жертвой. Поэтому они чтят память каждого погибшего. Помните нашего приятеля Алеся Карлюкевича, меня очень воодушевили его слова, – ответил он.

– Вы о министре информации?

– Да, о нем. Оказывается, все они такого мнения о нас, узбеках.

– Что они говорят?

– Узбеки – это белорусы Востока. А белорусы – узбеки Европы… Вот так вот, приятель!

Его слова растрогали меня до глубины души. Какие душевные слова!

– Неужели они воспринимают нас так близко?

– Да, они говорят, что узбеки, как и они, обладают широкой душой, они очень смелый и мужественный народ.

– В годы войны в Беларуси погибло множество узбекских парней. Может и поэтому...

– Когда началась война, в первый же ее день узбекские парни встали на защиту Брестской крепости. В первые дни войны здесь героически погибло очень много узбеков. Никто ведь не ожидал начала войны. Эти парни были призваны из Узбекистана на военную службу...

– Да, помню, по дороге вы рассказывали, что из Узбекистана сюда для обороны прибыла одна дивизия. Вы действительно говорили о целой дивизии? Честно говоря, мне не было известно об этом. Не из истории, не из книг…

– Да, целая 69-я стрелковая дивизия, созданная в Ташкенте, а точнее в Чирчике, была направлена на Белорусский фронт. Тогда бойцы этой дивизии проявили истинное мужество и героизм.

– Приводятся ли данные об узбекской стрелковой дивизии в истории Второй мировой войны, вообще в истории военных лет Беларуси?

– Позднее, через некоторое время эта героическая дивизия была переименована. Бойцы дивизии проявили несравненный героизм при освобождении Брянска и Севска, сыграли решающую роль в спасении Беларуси от фашистской напасти.

– Поэтому переименовали дивизию? – спрашиваю с огорчением, перед моим взором невольно всплывают образы тысяч наших соотечественников. Интересно, сколько же узбеков пожертвовали своей жизнью?

photo_2020_04_26_10_54_11.jpg

БОЛЬ, КОТОРУЮ НЕ МОГУТ ПЕРЕДАТЬ НИ КНИГИ, НИ КИНО

Знаете ли вы, что война имеет кровавую истину? Она не вмещается в страницы книг, киноленты... Это – боль войны, оставшаяся в местах сражения. Такую незаживающую рану оставила она в душе каждого из нас. Эта боль не утихает спустя годы и века. Сколько горя и бед принесла нам самая тяжелая и кровопролитная война. Сколько жизней она забрала и сколько травм оставила на земле! Война ушла в историю, а раны и шрамы остались на нашей земле, в наших сердцах и памяти навсегда!

Эту истину не могут поймать ракурсы камер даже последней модификации, острую боль и страдания, которые оставила война, не может передать даже перо. Это можно отчетливо увидеть лишь “глазами души». Я читал много книг и воспоминаний, смотрел художественные и документальные фильмы о Брестской крепости, которая получила сокрушительный удар в первый день Второй мировой войны и над которой повисли темные тучи. Перед тем, как приехать сюда, я подготовился. Я до последнего верил в то, что уверенной поступью вступлю на землю крепости, которая была очагом трагедии Европы. Не тут-то было… Преодолев мост, возведенный над рекой Буг, я приблизился ко входу в тоннели, расположенному на западной стороне крепости, и моим телом овладела дрожь. Ноги не подчинялись мне. “Наверное, через этот мост проходили многие бойцы, дереву, растущему на том берегу, наверное, больше ста лет, на нем останавливали свои взгляды тысячи солдат, через эти тоннелеобразные ворота вошли, но не вышли тысячи парней, тысячи бойцов, они погибли и навсегда покинули этот мир, превратившись в незаживающую рану земли...”. Я был целиком поглощен тяжелыми мыслями. Внутри крепости слева я увидел развалившуюся казарму – разрушенную пулями и снарядами, образовавшуюся дыру в кирпичной стене. Бомбы и снаряды разрушили не только верхнюю часть, а более половины большой казармы. Когда смотришь на ее стены толщиной в туловище человека, сердце обливается кровью. Следы, оставленные здесь кровавыми лапами безумного зверя войны, развалины, к которым никто не прикасался, – словно свидетели трагедии под открытым небом, олицетворяющие собой проклятие этой кровопролитной войне. Абсолютно все, находившиеся в крепости погибли, после увиденной здесь жуткой картины, не верится, что кто-нибудь здесь смог выжить. Здесь горели даже кирпичи, что уж там говорить о человеке?

Я присел в укромном уголке казармы. Зачитал суру из Корана.

– Среди них наверное были и узбекские бойцы?, – спросил я дрожащим голосом.

– Конечно, здесь воевало много узбеков. Всю необходимую информацию можете получить в музее крепости, - сказала женщина-гид.

Идём дальше. Почти ничего не осталось и от сооружения слева от крепости. Его стены пробили пули и снаряды, казалось, что из разрушенного до половины здания слышатся жуткие голоса. Мы остановили свой взгляд на казарме, раскинувшейся на огромной площади, она тоже была полностью разрушена. Следы войны также можно увидеть на стенах церкви. В крепости звучит грустная мелодия. Монументы и памятники, олицетворяющие мужество и отвагу, храбрость и непоколебимую волю, мраморные доски, на которых написаны имена погибших бесстрашных бойцов, вечно горящий огонь… Все это отзывается в сердцах чувствами боли и скорби, перед нашим взором предстают образы и грустные глаза тысяч погибших солдат. Ты даже не знаешь, на что ступают твои ноги. Кажется, что земля, которая осталась после войны, плачет от боли, словно ты попал в ту страшную и жестокую бойню и воюешь в ряду тех несчастных солдат. Действительно, это и есть боль войны! Ее не могут передать ни книги, ни киноленты.

ЖЕРТВОЙ ПЕРВОГО ДНЯ ВОЙНЫ БЫЛ УЗБЕК...

Были ли узбеки среди бойцов, которые противостояли яростному нападению фашистов в первый день войны? Несомненно, были! Были конечно...

Уважаемые читатели! Позвольте остановится на одной небольшой подробности: Брест представляет собой не обыкновенную крепость, состоящую из 5-6 тоннелей, это город, расположенный внутри города. Брест прямо на берегу реки Буг. Сюда вливаются также воды реки Муховец. От крепости до реки - один шаг. В крепости было расположено множество воинских частей: артилерийская, пехотно-стрелковая дивизии, конные войска, пограничные и другие специальные части, медицинский пункт. Брест также считался важной защитной точкой страны. В крепости проживали свыше 9 000 военнослужащих, более 300 семей офицеров и военнослужащих. Теперь представьте, священная крепость, хранившая в себе жизни свыше десяти тысяч человек, за ночь сгорела дотла, с неба на нее посыпался дождь бомб, ударил ураганный огонь артиллерии и танков, заставший гарнизон врасплох...

Никто не ожидал и даже не представлял такого начала войны... Так как между бывшим Советским Союзом и Германией был подписан договор о ненападении. Более того, абсолютно все – и млад и стар жили одной мыслью: “Советская армия мощна и непобедима. Никто не сможет противостоять ей...”.

04:15 утра. Над небом Бреста прозвучал гром. Тысячи солдат в казармах сквозь дремоту приняли этот гром за грозу и землетрясение. Когда земля содрогнулась от разрыва бомб, кругом затрещали пулеметы, растерявшиеся от неожиданности военнослужащие стали выходить из крепости. Минск еще дремал. Все еще дремала Москва. Когда Брест окружили колонны фашистских танков, строчили без остановки установленные пулеметы, храбрые и отважные офицеры в срочном порядке разработали план встречной атаки. Так, Брест нанес ответный огонь. Маленькая частица огромного государства вступила в бой против фашистской Германии.

Гитлер планировал минимум до полудня захватить Брест, сравнять его с землей, затем направиться в Минск, а после его захвата - в Москву.

9 утра... Согласно плану вставшие на защиту Бреста должны были, разделившись на войска, через ворота тоннеля быстро покинуть крепость и образовать защитную полосу. Как мы отмечали выше, в крепости было более десяти различных воинских частей, если бы они не покинули ее, все оказались бы в окружении.

Через ворота стали выходить 6-я и 42-я дивизии... Заметившие это фашистские пулеметчики осыпали их градом пуль, пытаясь тем самым преградить им путь. В этот сложный момент стрелок 2-го батальона 125-й стрелковой части узбекский парень Авазмат Ниёзматов, открыв огонь по точкам противника, прикрывал покидающие крепость войска. Он нанес сокрушительный удар фашистским пулеметчикам и какое-то время сдерживал атаку врага, за это время из крепости успела выйти часть войск. Бой продолжился. Не двигаясь с места, Авазмат повел наступательный бой против захватчиков. Несомненно, силы были не равными, невозможно было отразить атаку вооруженного до зубов и превосходящего по силе противника. Сражавшийся до последней пули храбрый парень Авазмат в итоге подставил свою грудь под выстрелы фашистов. В первый день войны героически погиб узбекский парень. Он сохранил жизнь сотни солдат. Бойцы, которым Авазмат помог выйти из крепости, после войны с глубочайшим почтением говорили о его героизме. Очевидец боя за Брестскую крепость Павел Егорович Свяков со слезами на глазах рассказывает о храбрости и мужестве узбекского парня. Более того, из документов и воспоминаний некоторых бойцов, хранящихся в музее крепости, важных сведений, приведенных научным работником музея Еленой Владимировной, мы узнали, что Авазмат был человеком с большой буквы, храбрым и отважным бойцом, поистине узбекским парнем, сумевшим ценой своей жизни спасти других от опасности.

Ему было всего 19 лет. Девятнадцать лет...

Он является узбеком, погибшим в первый день войны.

Он прославил узбеков в первый же день войны.

Я видел военную фотографию Авазмата Ниёзматова в музее Брестской крепости. Рядом с фотографией я увидел узбескую тюбетейку, белый платочек, кинжал и ножны, конскую сбрую и растрепанный кусок бумаги с застывшими следами крови, на которой приклеена маленькая фотография Авазмата – документ, удостоверяющий его личность. Эти экспонаты разрывают душу на части.

Кем был Авазмат? Где он родился? Где проходило его детство? Храбрый боец родился и рос в селе Ён Зааминского района Джизакской области. Его детство проходило на просторах Заамина. Авазмата, который родился в 1922 году, призвали на военную службу в Беларусь.

О мужестве и героизме Авазмата свидетельствуют также воспоминания Мухаммаджон Абдувалиев, командира взвода 2-го батальона 125-й стрелковой части, в которой он служил, его боевого товарища из Брестской крепости Мадамина Хожиева.

Как видите, здесь я привожу имена и фамилии трех узбекских бойцов, которые встретились лицом к лицом с первым днем войны.

Лишь Всевышнему известно, сколько неизвестных наших узбекских предков оказались в тот день в пасти ада.

– Можно ли найти информацию о других узбеках, воевавших в боях за Брест? – спросил я у научного сотрудника мемориального комплекса «Брестская крепость-герой» Елены Владимировны Харичковой:

– Конечно, их было много. Узбеки смело стояли в обороне и в воинских частях вне крепости, они в числе первых нанесли удар фашистам.

Елена Владимировна зачитала нам воспоминания защитника Бреста старшины Дурасова. В них говорится о бесстрашном узбекском санитаре, который, выйдя из казармы 6 раз, принес воду бойцам, находившимся в течение нескольких дней в окружении врагов. Более того, она рассказала о том, что читала такие воспоминания: когда фашисты обратились к оказавшимся в окружении защитникам крепости по громкоговорителю на ломанном русском языке: “Русские, сдавайтесь, вы должны сдаться!..”, в одной из казарм узбекский парень произнес бранные слова и громко ответил им нарочно на ломанном русском языке: “А узбеки? Учти, узбеки никогда не сдадутся…”, после чего в казарме раздался веселый смех, затем тот же узбек громким голосом начал петь узбекскую песню. “Узбеки смогли найти в себе силы для шутки даже в такие трудные моменты!”, – сказала Елена Владимировна.

Обратите внимание еще на один факт: в переписках командира роты сапёров 125-й стрелковой дивизии, защитника Бреста, младшего лейтенанта Павла Егоровича Свакова (1914-1999 годы) есть такие слова: “...узбекские бойцы Ахмад Алиев, Абдуллаев, Юсуповы проявили немыслимые мужество и отвагу в беспощадном бою против фашистских захватчиков...”.

Рядовой Илья Петрович Кузнецов (1921-1986 годы) вспоминает, что в 44-й стрелковой дивизии воевал вместе с узбекским парнем по фамилии Ханджибаев либо Инджибаев, который героически погиб в боях за Брестскую крепость. После войны подполковник в запасе И.Сенкевич писал в номере газеты “Кросноярский комсомолец” от 13 июля 1982 года, что сержант 44-й стрелковой дивизии, узбекский парень Иженбеков героически погибает. Как вы видите, несмотря на то, что русские солдаты и офицеры не могут правильно произнести имена и фамилии узбекских бойцов, тем не менее они с глубоким почтением вспоминают, что в этих боях они проявили настоящее мужество, храбрость и героизм.

Боец 44-й стрелковой дивизии, еще один защитник Бреста, рядовой Николай Михайлович Исполатов вспоминает в своей статье “Под стенами Бреста...”, опубликованной в 13-ом номере журнала “Смена” от 1959 года: “Я видел, как метнулся от окопа узбек Башаров и, поднявшись почти во весь рост, бросил гранату в самую гущу гитлеровцев. Башаров был узбеком. Имени и отчества не помню. Он был бойцом 1-й роты 44-й стрелковой дивизии. Во время защиты крепости он был пулемётчиком... Башаров погиб на четвертый день войны...”.

В воспоминаниях ефрейтора киномеханика Николая Ивановича Соколова можно прочитать следующее: (во время боя за Брест Соколов был взят в плен фашистами и был освобожден в 1945 году): “...Пули пробили тело Алиева насквозь, он не смог идти дальше и упал на землю, громко стонал от ужасной боли...”.

Читая эти воспоминания, осознаешь, что общая беда - война объединила и сплотила все народы, всех людей без исключения, даже самые сильные были бессильны перед огнем войны. Сердце переполняет чувство гордости за то, что большинство русских солдат и офицеров преклонили свою голову перед храбростью, мужеством и бесстрашием узбекских парней. Невольно осознаешь еще одну истину: Узбекистан – Родина узбекских парней, которые не только проявили самоотверженность в тылу, но и в числе первых вступили в бой и встали на защиту Бреста с первых дней войны!

68db559e_3e5c_4e3d_85b5_773d91ab56f6.jpg

ПОТОМУ ЧТО, ОН БЫЛ УЗБЕКОМ

– Елена Владимировна, меня мучает один вопрос. Если Авазмат Ниёзметов не подставил бы свою грудь под пулю и вышел из крепости вместе с частью, возможно, он бы выжил.

– Он не смог так поступить, - женщина помолчала немного. Затем промолвила дрожащим голосом:

– Нет, он не смог бы так поступить.

Я пристально смотрел на нее.

– Почему?

– Потому что он был смелым, он был настоящим мужчиной…

Все мое тело охватила дрожь, на глаза навернулись слезы.

– Потому что он был узбеком! – сказала Елена Владимировна.

Я не сдержался и встал с места. Следом за мной встали директор музея Григорий Григорьевич Бюсик и Дониёр-ака. Я обратился к Елене Владимировне все еще дрожащим голосом:

– Спасибо, дорогая! Значит, мои предки…, – будто что-то застревает в горле.

– Да, твои предки, узбеки тоже сражались на поле битвы, в числе первых защищали белорусскую землю. Об этом знает каждый белорус, и мы никогда не забудем этого, – сказал Григорий Григорьевич, – Разве это можно забыть? Ваш народ занял прочное место в наших сердцах.

Я обнял его и увидел его прослезившиеся глаза.

Мы вышли из музея. В крепости звучала очень грустная, берущая за душу мелодия. Мне словно слышались звуки пуль, взрывы и гром, крики бойцов. Казалось, что на каждом кирпиче казармы, стволе дерева и кустах, высаженных вокруг крепости, берегах Буга и поверхности воды застыли лица тысяч бойцов, а на земле виднеются их взгляды. Здесь я почувствовал боль войны, боль, которую не могут передать кинофильмы и книги. Какой-то мой предок, возможно проходя по этому мосту, вспоминал кристально-чистые воды нашей Родины, мои предки, которые проходили здесь военную службу до начала этой страшной войны, возможно и не думали, что она заберет их жизни, и, конечно же, им даже на приходила в голову мысль о том, что мы приедем сюда в их поисках. Мой мозг снова кружился в бездонном водовороте бесконечных вопросов. Это тоже видимо было проявлением боли войны.

Когда я писал этот очерк, чтобы излить душу после увиденного и пережитого в крепости, на мой мобильный телефон пришло сообщение. Оказывается, Мусаллам-опа Шокирова из Самарканда прочитала мои статьи о белорусской земле и Брестской крепости, опубликованные в номерах газеты “Янги Ўзбекистон”. Она закончила свое сообщение следующими словами: “Мой дядя Ибрагимов Мамашариф написал письмо, что они возвращаются с Финской войны и прибыли в Польшу”. В своем последнем письме он сообщил: “В 1941 году мы поедем в Брест, затем нас отпустят домой”. Однако он не вернулся. После начала войны он остался в Бресте….”.

Перед тем, как завершить свою статью вспомнил слова, сказанные мне моим спутником Дониёр-акой при выходе из Брестской крепости: “Теперь вы убедились, насколько искренне белорусы любят узбеков?”. Он еще рассказал, что за мужество и героизм, проявленные при форсировании Днепра, 6 узбекских парней стали Героями Советского Союза и то, что с подробностями этой битвы я могу ознакомиться в Лоевском районе Гомельской области, где некоторые скверы и улицы названы в честь узбекских бойцов.

Внезапно я вспомнил слова продавщицы, которую встретил в Бресте: “Узбеки живут в сердце каждого белоруса….”. Разве есть лучшее признание и уважение, чем это? Значит, неспроста наш дорогой друг, министр информации Республики Беларусь Алесь Николаевич сказал такие красивые слова: “Белорусы являются узбеками Запада, а узбеки – белорусами Востока…”. Есть глубокий смысл в том, что в ходе официального визита Президента Шавката Мирзиёева в Республику Беларусь Президент Республики Беларусь Александр Лукашенко в качестве символа уважения к единству Узбекистана и Беларуси подарил главе нашего государства ценную книгу, рассказывающую о мужестве воинов-узбекистанцев, проявивших героизм во время освобождения этой страны.

Это безусловно является олицетворением душевной и духовной близости узбекского и белорусского народов! 

Снимок.PNG

Кучкар Норкобил, писатель


53 038
УзА